На самом деле совместная декларация первого саммита БРИК в Екатеринбурге (Россия) начиналась с поддержки центральной роли G20 в преодолении финансового кризиса 2008 года, который тогда отбрасывал длинную тень на мировые дела
Анкит Прасад
В течение нескольких лет после первой официальной встречи лидеров в Екатеринбурге (Россия) в 2009 году БРИКС (изначально просто БРИК) рассматривался через призму других объединений или как противовес какому-либо господствующему блоку или архитектуре. На самом деле совместная декларация первого саммита БРИК в Екатеринбурге начиналась с поддержки центральной роли G20 в преодолении финансового кризиса 2008 года, который тогда отбрасывал длинную тень на мировые дела. В той же декларации выражалась вера в способность органов ООН успешно решать геоэкономические вопросы, а также поддержка многосторонней торговой системы и неприятие протекционизма.
В последующие годы по мере расширения БРИКС менялось и восприятие объединения. За десятилетие оно прошло путь от причудливого союза развивающихся стран, названного по ставшей знаменитой выдумке Goldman Sachs, до того, что его исподволь стали изображать вызовом миропорядку, в котором доминирует Запад, ответом развивающихся рынков на G7 или чем-то подобным… Теперь, накануне 18-го саммита, характеристика БРИКС снова меняется.
Проще говоря, БРИКС 2026 года не нужно рассматривать как чей-либо противовес. С практической точки зрения, когда в объединение входят 3,85 млрд человек, или 46,3% населения мира, 44 млн кв. км, или 29,5% суши, и на него приходится 40% мирового ВВП (по ППС), 26% мировой торговли и более половины мирового экономического роста, — такой масштаб позволяет самому решать, что ты представляешь и какова твоя повестка.
На саммите БРИКС 2025 года в Рио-де-Жанейро (Бразилия) десять стран присоединились к объединению в качестве стран-партнёров, что расценивалось как всё большее воплощение объединением чаяний Глобального Юга. Теперь, накануне 18-го ежегодного саммита в Нью-Дели (Индия), в то время как давние глобальные системы и архитектуры расшатываются, а основанный на правилах порядок уступает место односторонним действиям и воинственности, БРИКС, похоже, готов завершить смену ролей.
То, что начиналось как аутсайдер на периферии, теперь стало здравомыслящей основной опорой нормальности. А нормальности становится всё меньше.
Например, неделя накануне открытия саммита в Нью-Дели прошла под знаком карт. С одной стороны, Организация Объединённых Наций проголосовала за исправление исторической несправедливости, заменив проекцию Меркатора на карте мира. Регионы вблизи экватора больше не будут выглядеть меньше из-за устаревшего многовекового донаучного представления о плоской Земле. Но если сторонники плоской Земли наконец побеждены, в ходу появляются другие, куда более вопиюще искажённые карты.
Одна карта, вызвавшая некоторое беспокойство в мировых кругах, изображает флаг США поверх Канады и Гренландии. Вслед за этим президент США заявил, что Луна тоже принадлежит США. Неточная перекройка карт и противоречивые толкования на протяжении многих лет были источником многих раздоров. Эта новая «перекройка» выводит ситуацию на совершенно иной уровень абсурда. Но это перетягивание карт — лишь капля в море.
Международное сотрудничество через существующие механизмы разрушается на всех уровнях, парализуя многие глобальные механизмы и институты. Будь то торговля, борьба с изменением климата или доступ к ключевым технологиям, системам, ресурсам, цепочкам поставок и даже глобальным общим благам — наблюдается небывалая тенденция к накоплению и превращению их в оружие. Разрыв между имущими и неимущими намеренно усиливается ради меркантильной выгоды, и целым народам грозит отставание или утрата средств к существованию.
Суверенные правительства загоняются в угол, их свобода действий сужается. Особенно это касается экономики — из-за экспорта неприемлемого уровня государственного долга, превращения цифровой общественной инфраструктуры в оружие и удушения линий снабжения в результате конфликтов и иных споров.
Как никогда прежде необходимо вернуть дух глобального сотрудничества. И именно на это БРИКС вполне способен.
За время председательства 2026 года уже прошли десятки тематических встреч высокого уровня и межведомственных встреч — например, центральных банков, национальных аудиторов, судебных систем, ведомств по урбанизации, силовых структур, космических агентств и органов реагирования на бедствия. Межминистерские диалоги прошли по вопросам торговли, промышленности, сельского хозяйства, здравоохранения, образования и энергетики. Научные ведомства БРИКС выработали предварительное соглашение по ИИ. Сообщается, что предложена финансовая структура для покрытия многотриллионного дефицита финансирования ММСП.
Платёжные механизмы, неизменно вызывающие живой интерес в дискуссиях о БРИКС, вновь будут на повестке. Подготовлены также решительные заявления в пользу сохранения и оживления многосторонней торговой системы при углублении институциональных реформ, а также многое другое.
Очевидно, за год была проделана большая работа, а также масштабная работа по сотрудничеству, координации и выработке консенсуса. И в конечном счёте всё это будет представлено главам государств на основном саммите БРИКС, где в центре внимания будет не только то, какой сигнал это всё более влиятельное объединение посылает миру, но и дух диалога и сотрудничества, присущий этому процессу.
Число 18, как известно, имеет символическое значение в жизни человека. Во многих странах это возраст совершеннолетия. По-видимому, это верно и для БРИКС, который вступает в свой 18-й год гораздо более способным, зрелым и уверенным в себе, чем в начале пути. Вот почему все взгляды будут прикованы к БРИКС. Потому что миру нужен взрослый в комнате.
CGTN
Похожие статьи
