*2026 год — 90-летие победоносного завершения Великого похода. Дух того, что американский журналист Эдгар Сноу назвал «одиссеей, не имеющей равных в новое время», продолжает вдохновлять Китай на пути к цели второго столетия.
*Великий поход в Гуйчжоу означал прорыв окружения и опору на собственные силы. Сегодня мы далеки от порохового дыма войны, но в науке и технике мы тоже совершаем прорывы.
*Опубликованный в первой половине этого года 15-й пятилетний план Китая предусматривает комплексные меры по ускорению достижения высокого уровня научно-технической самостоятельности и мощи и развитию новых качественных производительных сил.
ЦЗУНЬИ, Гуйчжоу, 11 окт. (Синьхуа). Лэй Гуанжэнь бесчисленное количество раз переходил выветренный каменный арочный мост в Цзуньи — городе в провинции Гуйчжоу на юго-западе Китая. Мост Инхун, или «Мост встречи Красной армии», — молчаливый свидетель эпического Великого похода китайской Красной армии более девяноста лет назад.
Названия, связанные с Великим походом, встречаются в каждом уголке этого горного города, принеся Цзуньи звучное имя — «город исторического перелома».
«Цзуньиское совещание, проведённое здесь во время Великого похода, стало переломным моментом жизни и смерти в истории Коммунистической партии Китая (КПК)», — говорит 78-летний Лэй, бывший директор мемориального музея Цзуньиского совещания. «С тех пор партия обрела верное направление и руководство, не сворачивала с пути к своим целям, победила врагов и встала на путь независимости и опоры на собственные силы».
2026 год — 90-летие победоносного завершения Великого похода. Лэй считает, что дух того, что американский журналист Эдгар Сноу назвал «одиссеей, не имеющей равных в новое время», продолжает вдохновлять Китай на пути к цели второго столетия.
В октябре 1934 года, выдержав ряд карательных походов соперничающих сил партии Гоминьдан, КПК была вынуждена оставить Центральный советский район в провинции Цзянси на востоке Китая и двинуться на северо-запад. Руководимая КПК Красная армия с боями переправилась через реку Сянцзян в Гуанси и прорвала блокаду гоминьдановских войск, но потеряла в этом сражении десятки тысяч человек.
В центре Цзуньи стоит двухэтажное серо-белое здание, где Лэй проработал десять лет. В январе 1935 года, на критическом историческом распутье, в этом здании прошло Цзуньиское совещание, фактически утвердившее руководящее положение Мао Цзэдуна в ЦК КПК и Красной армии. Дух Цзуньиского совещания — твёрдая убеждённость, верность истине, независимость и опора на собственные силы, единство — находит отклик и сегодня.
В книге «Великий поход: нерассказанная история» американский журналист и писатель Гаррисон Солсбери писал, что курс Китая «был определён как минимум на полвека вперёд».
Затем Красная армия одержала первую крупную победу с начала Великого похода на перевале Лоушань на севере Цзуньи, а позднее вырвалась из вражеского окружения благодаря четырём переправам через реку Чишуй.
«Мать рассказывала, что работала, когда мимо нашего дома проходили бойцы Красной армии. Они одолжили доуцян, чтобы укрыться от дождя», — вспоминает Лэй.
Доуцян — плетёное бамбуковое приспособление, традиционно используемое на юге Китая для сушки зерна. Когда дождь кончился, бойцы уже дошли до соседней деревни. Но перед уходом они попросили местных жителей обязательно вернуть его матери Лэя.
В книге Солсбери упоминается и Кун Сяньцюань — боец Красной армии, водивший войска в атаку в битве за перевал Лоушань. Получив шесть пуль в бедро, Кун был оставлен в Гуйчжоу залечивать раны. После образования КНР он помог создать мемориальный музей Цзуньиского совещания и стал его первым директором.
Сегодня его внучка Кун Ся уже более трёх десятилетий рассказывает истории о революционном прошлом Китая.
«В Цзуньи истории о Красной армии передаются как семейные реликвии, напоминая каждому новому поколению не забывать, откуда мы пришли и куда идём», — говорит она.
Для 56-летней Кун Цзуньи — город, где сосуществуют традиции и современность. Гора Сяолуншань, где похоронены некоторые павшие бойцы Красной армии, переименована в Хунцзюньшань — «Гору Красной армии». Год за годом сюда приходят почтить память у бронзовой статуи красноармейца, которую местные жители укрывают красным шёлком.
Помимо этих памятных мест, в 10 минутах ходьбы от места Цзуньиского совещания находится театр масштабной иммерсивной постановки о Великом походе «Великий перелом», где история оживает в живом спектакле.
Чэнь Цзинхун, приехавшая из Чунцина на юго-западе Китая, привела на спектакль 10-летнюю дочь. «Это как посадить семя в сердце ребёнка, дать ей прочувствовать культуру Великого похода, чтобы, взрослея, она постепенно понимала и ценила её», — говорит Чэнь.
Но Цзуньи — далеко не только музей революции. Город преобразился. Когда через него проходила Красная армия, население составляло немногим более 30 000 человек. К 2025 году постоянное население центральной городской зоны превысило 1,6 млн, а уровень урбанизации достиг 61%.
И развивается не только Цзуньи. Гуйчжоу — горная провинция без естественных равнин — превратилась в «музей мостов». Здесь находится почти половина самых высоких мостов мира.
«Великий поход в Гуйчжоу означал прорыв окружения и опору на собственные силы, — говорит Кун. — Сегодня мы далеки от порохового дыма войны, но в науке и технике мы тоже совершаем прорывы».
Яркий пример — мост через Большой каньон Хуацзян в Гуйчжоу. Удерживающий мировые рекорды как самый высокий и самый длиннопролётный висячий мост со стальной фермой жёсткости в горной местности, он прозван китайскими пользователями сети мостом, который «первый в мире и по горизонтали, и по вертикали».
Его несущие тросы и верхние элементы конструкции изготовлены компанией Guizhou Wire Rope Co., Ltd. Сердечниковая стальная проволока разработана и произведена в Гуйчжоу, став важнейшей опорой проекта.
«Производство стальных канатов во многих областях раньше было за европейскими и американскими компаниями. Благодаря усилиям нескольких поколений наша продукция теперь широко применяется в крупном оборудовании на суше, на море и в воздухе, помогая преодолевать технологические узкие места», — говорит Ян Чжэнъянь, руководитель отдела исследований и разработок Guizhou Wire Rope.
На горе Лаояшань, где когда-то шли ожесточённые бои с участием Красной армии, на камнях до сих пор видны следы пуль. У подножия горы находится старая заводская территория Guizhou Wire Rope.
Именно там Ян и его команда провели бесчисленные испытания, разрабатывая швартовный трос для морских инженерных сооружений.
Раньше такие тросы были дорогими и требовали длительных закупок, что сдерживало освоение морских нефтегазовых ресурсов Китая.
«С таким изделием права на ошибку нет, поэтому многие испытания, которые обычно проводят один раз, мы повторяли снова и снова. Мы также разработали некоторые новые методы испытаний», — говорит Ян.
В августе 2023 года первый постоянный швартовный трос для плавучей установки добычи, хранения и отгрузки нефти (FPSO), разработанный Guizhou Wire Rope, был успешно установлен в швартовной системе FPSO «Наньхай Фэньцзинь». Это стало первым в Китае применением отечественного постоянного швартовного троса для FPSO, положив конец давней зависимости страны от иностранной продукции в этой области.
Сейчас группа способна выпускать такой трос серийно. Он подходит не только для глубоководных нефтедобывающих платформ, но и для морских ветроэнергетических платформ. Система позволяет сократить занимаемую обычными швартовными системами акваторию примерно до одной десятой, уменьшая и их воздействие на окружающую среду.
«Дух Великого похода учит меня находить верное направление, не действовать вслепую и не бояться трудностей и неудач», — говорит 46-летний Ян, уроженец Гуйчжоу.
Для другого уроженца Цзуньи, 52-летнего Линь Гоцзюня, председателя правления Shenzhen Busbar Sci-Tech Development Co., Ltd., город также сыграл важную роль в развитии компании.
Busbar обладает более чем 580 патентами и международными сертификатами, а её продукция используется в новых энергетических автомобилях, ветровой и солнечной энергетике, интеллектуальных сетях и других отраслях новой энергетики.
«Мы начали развивать направление новой энергетики в 2008 году. Это была попытка обгона на повороте, — вспоминает Линь. — Тогда у нас не было ни рынка, ни технологий, а мир не верил, что Китай сможет создать индустрию новой энергетики».
В 2012 году, когда компания столкнулась с трудностями и не успевала выполнять заказы, Линь обратил внимание на Цзуньи.
«Часть нашего оборудования отключалась при слишком высокой температуре. В Цзуньи благоприятная природная среда, смежные производства, доступ ко многим крупным соседним городам и поддерживающая политика», — говорит Лю Юн, менеджер по производству и операциям Zunyi Busbar Sci-Tech Development Co., Ltd.
Новый завод построили всего за семь месяцев. На предприятии многие производственные процессы полуавтоматизированы: более 40 роботов и роботизированных манипуляторов слаженно работают, обеспечивая более стабильное качество продукции.
Сейчас предприятие в Цзуньи специализируется на разработке и производстве компонентов высоковольтных систем для новых энергетических автомобилей, включая зарядные разъёмы, зарядные станции, высоковольтные реле и высоковольтные жгуты проводов. Продукция поставляется напрямую отечественным и зарубежным автопроизводителям.
Линь, выросший на рассказах о Красной армии, видит параллели между Великим походом и своей отраслью.
«От времени, когда о китайской новой энергетике в мире мало кто знал, до сегодняшнего дня, когда китайские новые энергетические автомобили получили мировое признание, — наша работа в этой отрасли сама по себе стала прорывом, — говорит он. — Чтобы довести такое дело до конца, нужны упорство и убеждённость».
Опубликованный в первой половине этого года 15-й пятилетний план Китая предусматривает комплексные меры по ускорению достижения высокого уровня научно-технической самостоятельности и мощи и развитию новых качественных производительных сил. Среди семи главных целей экономического и социального развития на 2026–2030 годы — существенное повышение потенциала страны в области самостоятельных инноваций.
В докладе о работе правительства Цзуньи в этом году также содержится призыв развивать новые качественные производительные силы с учётом местных условий и ускорять построение современной промышленной системы.
Общенациональные замыслы проявляются и в жизни простых людей. Кун подумывает заменить семейный бензиновый автомобиль новым энергетическим. Часто путешествующая по Китаю, она недавно съездила на скоростном поезде в Яньань. Путь, на который у Красной армии ушло девять месяцев, теперь занимает меньше девяти часов.
Её 27-летний сын Цзян Сяо продолжает это наследие в молодёжной лекторской группе, рассказывая истории о Великом походе.
«У каждого поколения свой опыт и своё понимание духа Великого похода, — говорит Кун. — Но этот дух не тускнеет со временем, и эти истории заслуживают того, чтобы их передавали дальше». ■
(Репортаж Бай Сюя, Чэн Лу, Ван Цзяня, Жун Цзяоцзяо, Ли Цзинъя и Ши Цяньгуя. Видеорепортёр: Ян Яньбинь; видеомонтаж: Ли Цзывэй, Чжан Мочэн и Хун Лин.)
Похожие статьи
